Борьба сумо! Еще одно слово, и сразу зрительный образ, как озарение – квадратная арена, орущий зал, два голых трясущихся гиганта в набедренных повязках. Словно по инерции, Артур вспомнил, как выглядел телевизор, в котором показывали борьбу, и как выглядела квартира с телевизором.

Его квартира в Питере.

– Древние японцы, – вслух произнес Артур. – Древние японцы на секретном объекте… Черт возьми, я-то как сюда попал?

Обыскав трупы, он собрал неважную добычу – пару винтовок, револьвер с пустым барабаном, луковицы, мешочек вареного риса, табак, орехи, сушеная рыба. При виде пищи рот наполнился слюной. Но первая же попытка разжевать рис привела к новым страданиям. Заныли и зачесались десны. Артур ощупал рот.

– Зашибись, у меня режутся зубы…

Он снял с толстяка широкий кожаный пояс, в петлях которого блестели четырнадцать метательных клинков. Еще два Артур извлек из бедра брата Обо.

– Меня зовут Клинок, – неуверенно вымолвил Артур. – Нет… меня звали иначе. А потом звали Клинок.

Рефлексы сохранились прекрасно. Хозяин пальцев с интересом наблюдал, как блестящие лезвия вертятся между средним и указательным; лезвия слишком легкие и короткие для него… Затем он выхватил из пояса один за другим сразу три клинка и метнул их в сандалию японца, который лежал метрах в семи от него.

Все три лезвия воткнулись кучно в деревянную подошву.

– Похоже, я давно не биолог, – сообщил себе Артур, возвращая клинки на место. – Главное – это не сойти с ума…

Тряпки на толстяке пахли не слишком вкусно, но только его размер подходил высокому европейцу. Штаны оказались Артуру коротки, зато куртку, задубевшую на животе от крови, он обернул вокруг себя полтора раза. Подпоясался поясом с клинками, прицепил кобуру брата Обо и ножны с кинжалом, ствол сунул в карман фартука.